Архив рубрики: Обзор

EUobserver: Санкции ЕС против Крыма — новая головная боль для Путина

  • В 2013 году Крым посетли почти 6 миллионов туристов, тогда как в этом году — только 2 миллиона (80% из них — из России) (Фото: Михаэль Шваб)

БРЮССЕЛЬ — С субботы, 20 декабря, ЕС запретит почти все формы делового сотрудничества с Крымом, несмотря на сомнения о будущем санкционного режима.

Новый закон, который был согласован в четверг и попал в распоряжение EUobserver, призван подкрепить непризнание Евросоюзом состоявшейся в марте российской аннексии этого региона Украины.

В ЕС действует отдельный режим санкций против российских чиновников, компаний, банков и энергетики.

Но поскольку с точки зрения ЕС Крым де юре является территорией Украины, необходимы новые санкции, запрещающие европейским фирмам работать в этом регионе, фактически поддерживая действия России.

Решение ЕС запрещает европейским компаниям: покупать недвижимость, приобретать доли или создавать новые совместные предприятия с крымскими фирмами; предоставлять займы или финансовые услуги.

Оно запрещает «продавать, поставлять, передавать или экспортировать товары и технологии» в сферах «транспорта; телекоммуникаций; энергетики; [и] разведку, поиски и добычу газа, нефти и минеральных ресурсов».

Оно запрещает «техническую помощь, посреднические, строительные или инженерные услуги, непосредственно касающиеся инфраструктуры».

Оно также запрещает «оказание услуг, непосредственно касающихся туристической деятельности … гражданами государств-членов ЕС, или с территории государств-членов ЕС, или с использованием кораблей или воздушных судов под юрисдикцией государств-членов ЕС».

В нем конкретно говорится, что европейские круизные лайнеры не могут заходить или швартоваться в любых портах, расположенных на Крымском полуострове».

Эти порты перечислены в приложении: Черноморск; Евпатория; Камыш-Бурун; Керчь; Севастополь; Феодосия; Ялта.

В другом приложении перечислены 165 продуктов, попавших под эмбарго, которое ударит как по предприятиям, так и по простым потребителям.

В их число входят: соль и сера; железо, сталь и никель; бурильные инструменты; ядерные элементы; паровые турбины; холодильники; кондиционеры; посудомоечные и стиральные машины; вилочные погрузчики и бульдозеры; оборудование для производства бумаги и сигарет; токарные станки; офисное оборудование; торговые автоматы; шарикоподшипники и другие детали машин.

В их число также входят: электрические трансформаторы; лабораторное оборудование; радио- и телевещающее оборудование; радары; лампочки и электропроводку; железнодорожные локомотивы и подвижной состав; грузовики и микроавтобусы; мотоциклы; самолеты, корабли и соответствующие запчасти; жидкокристаллические устройства; гидрометры.

Закон содержит исключения для «минимизации воздействия … на гражданское население» и европейские компании.

Он не применяется к контрактам, подписанным за три месяца и более до 20-го декабря или к операциям зарегистрированных в Крыму компаний вне региона.

Круизные лайнеры могут продолжать заходить в порты до 20 марта.

Закон частично не распространяется на товары и услуги для иностранных консульств, больниц и школ.

Европейские компании также могут подать заявку на разрешение деятельности в виде исключения «для обеспечения безопасности существующей инфраструктуры» или, шире, «для экстренного предотвращения или смягчения последствий события, которое с высокой вероятностью окажет серьезное и значительное воздействие на здоровье и безопасность людей … или окружающую среду».

Этот запрет гораздо шире, чем предыдущие санкции по Крыму, принятые в июне и июле.

С учетом российского финансового кризиса и того факта, что Россия вынуждена снабжать Крым по морю, это наверняка сделает регион, ранее выживавший благодаря украинским субсидиям, настоящей головной болью для Путина в экономическом плане.

С учетом того, что сообщается о наличии запасов газа на крымском шельфе, запрет на поставку газоразведочных технологий замедлит возможность получения прибыли.

Против течения?

Источники в ЕС утверждают, что Франция, имеющая самые значительные коммерческие связи с Крымом, пыталась «размыть» пакет мер.

Франция заявила, что запрет должен применяться только к фирмам, зарегистрированным в Крыму. Но по окончательному тексту под эмбарго также попали «дочерние предприятия или филиалы под … контролем в Крыму или Севастополе, а также представительства и иные организации».

Новые меры фактически идут против течения на фоне нынешних взглядов ЕС на кризис.

Лидеры ЕС обсудят отношения с Россией на обеде в ходе саммита в четверг.

Их предварительные выводы гласят, что если Россия будет продолжать нарушать соглашения о перемирии, «ЕС будет сохранять текущий курс; Европейский Совет готов при необходимости принять новые меры».

Однако в ходе прошедших в среду телефонных переговоров лидеры Германии, Франции, России и Украины сосредоточились на дипломатических решениях.

В пресс-релизе канцлера Германии Англеы Меркель говорится, что ЕС хочет «хороших и взаимовыгодных отношений» и «более тесных» торговых связей с Россией.

Высокопоставленный европейский дипломат рассказал EUobserver, что «настроения изменились» с тех пор, как Меркель встретилась с российским лидером Владимиром Путиным на саммите G20, прошедшем в Австралии в прошлом месяце.

«Мне не кажется, что будет новая волна экономических санкций», — сказал он.

Тем временем глава международных отношений ЕС Федерика Могерини сказала, что хочет собрать в начале будущего года министров иностранных дел, чтобы оценить, работают ли санкции.

Срок санкционных мер истекает с марта по июль, а для их продления нужен консенсус.

Но государства-«ястребы», такие как Польша, Швеция и Великобритания, обеспокоены тем, что дружественные к России страны, такие как Кипр, Венгрия или Италия, откуда родом Могерини, могут наложить вето на это решение.

Шрифт мелкий — значение большое

Могерини имеет мало полномочий влиять на политику ЕС.

Однако с тех пор, как она заняла свой пост 1 ноября, лексика заявлений министров о России изменилась

Ранее заявления ЕС подтверждали, что в Украине воюют российские войска, но после Могерини в них стали упоминаться «иностранные силы» или «незаконные силы», входящие в Украину из России.

Со своей стороны, посол Украины в ЕС Константин Елисеев в своем письме от 2 декабря призвал послов ЕС называть вещи своими именами.

Говоря о встрече ЕС-Украина (прошедшей через 2 недели, 15 декабря), он заявил, что на ней «не время играть словами».

Он заметил, что «слова «агрессия» [по отношению к России] не следует избегать, поскольку это печальная, но реальность». Он добавил, что выбор, называть действия России в Крыму «оккупацией» или «аннексией», имеет «важное политическое значение».

В пресс-релизе Могерини 15 декабря говорилось о «незаконной аннексии Крыма Российской Федерацией».

Однако в нем не было слова «агрессия»; вместо этого упоминалось «проникновение «незаконных сил …  с территории» России.

Источник

Реклама

Foreign Policy: Другая война в Украине

Автор: Кристиан Кэрил

Самая страшная угроза для Украины — не Путин, а глубоко укоренившаяся культура коррупции. Сможет ли новое правительство с ней справиться?

Какой лучший способ спасти Украину? «Реформировать страну», — говорит Сергей Лещенко, недавно ставший членом украинского парламента. Война против российской агрессии — не единственный фронт борьбы его страны за выживание. Лещенко говорит, что его еще сильнее беспокоит борьбы с давно укоренившейся в Украине культурой коррупции — болезни, обессиливающей власть и тормозящей развитие.

Одолеть коррупцию, по его словам, «еще сложнее», чем победить в войне на востоке.

Он знает, о чем говорит. В прошлом месяце Лещенко, ведущий украинский журналист-расследователь (и автор колонок в рамках нашего проекта Democracy Lab), был избран в национальный парламент его страны, где сейчас входит в ключевой комитет, стремящийся упорядочить управление страной. На этой неделе он приезжал в Вашингтон со своей коллегой по парламенту Ганной Гопко (попавшей в список «глобальных мыслителей» Foreign Policy за 2014 год) и активистом Александром Солонтаем, где они получили награды и посетили мероприятие, посвященное годовщине свержения президента Украины Виктора Януковича, бежавшего из страны год назад после свержения его правительства Евромайданом.

Лещенко рассказал мне, что он с коллегами-депутатами работает над созданием антикоррупционного бюро с широкими полномочиями расследования деятельности и ареста высокопоставленных политиков, пойманных на злоупотреблении доверием общества. Они создают систему всеобъемлющей публикации активов государственных чиновников. Они также на перспективу разрабатывают планы европейской системы государственного финансирования политических кампаний — это попытка ограничить огромное политическое влияние олигархов, могущественных бизнес-магнатов, до сих пор доминирующих в украинской политике.

Проблема, признает Лещенко, в том, что серьезная и системная реформа — правоохранительных органов, полиции и армии — «займет годы».  Но у его страны нет на это времени. На этой неделе Международный Валютный Фонд сообщил об огромной пропасти между обещанным Киеву экстренным финансированием и его вероятными потребностями. Одна из причин: потеря важных промышленных регионов на востоке страны, ныне контролируемых сепаратистами, и крах российских экспортных рынков ухудшают экономический кризис в Украине. Недостача составляет огромную сумму в 15 миллиардов долларов. Если эти деньги не будут найдены, киевскому правительству придется делать выбор между резким сокращение государственных расходов и дефолтом по платежам в счет погашения суверенного долга, который сделает страну финансовым изгоем на многие годы.

Но страны Запада не настроены давать еще больше денег. Они обеспокоены тем, что Киев до сих пор не сделал достаточно, чтобы показать, что готов решать собственные проблемы. После октябрьских парламентских выборов победившим партиям потребовалось больше месяца, чтобы сформировать коалиционное правительство, а новый Кабинет Министров только начинает формулировать планы столь необходимых реформ.

Но надежда все же есть.

Премьер-министр Арсений Яценюк недавно объявил о серии мер по резкому сокращению числа государственных служащих и борьбе с бюрократией. Он пообещал сократить государственные расходы на целых 10 процентов. Вероятно, важнее всего то, что он обещает реформировать раздутый энергетический сектор, где отсутствие решительных изменений поддерживает фатальную зависимость Украины от импорта природного газа из России. В прошлом прибыльная российско-украинская газовая торговля давала большие возможности чиновникам с хорошими связями, позволявшие им извлекать огромную прибыль в теневых кулуарных сделках. Осушение этого болота станет неоценимым подспорьем в восстановлении государственных финансов Украины и международного доверия к ней. Но при этом Киеву нужно каким-то образом решить эту проблему, одновременно с трудом оплачивая закупки газа у своего большого соседа на востоке.

Серьезная проблема, говорит Лещенко, заключается в том, что олигархи продолжают править бал — даже сейчас, спустя целый год после падения Януковича, лидера, олицетворявшего худшие крайности олигархической системы. Ринат Ахметов, самый богатый человек в Украине, до сих пор обладает значительным влиянием благодаря своим промышленным активам и марионеткам из Оппозиционного Блока (остатков «Партии Регионов» Януковича). Другой миллиардер, Петр Порошенко (также известный как «Шоколадный Король») теперь управляет всей страной. Захочет ли он мириться с ограничением власти бизнесменов?

Один из самых неоднозначных в настоящее время магнатов — Игорь Коломойский, весной занявший пост губернатора стратегически важной центральной Днепропетровской области. Коломойский, единственный глава региона, участвовавший в переговорах по формированию нынешнего коалиционного правительства, обладает значительной властью в том числе благодаря владению одним из самых популярных в Украине частных телеканалов.

Олигарх даже создал личное ополчение, которое направил в бой с пророссийскими сепаратистами. Лещенко утверждает, что Коломойский использовал эту частную армию для захвата важного нефтеперерабатываюшего завода в Одессе — это ярко иллюстрирует то, как жестко украинские олигархи защищают свои политические и деловые интересы, не отличая одни от других.

Так что для полномасштабных реформ действительно потребуется время. Но последняя инициатива Яценюка и усилия молодых ветеранов Евромайдана, приступающих к работе в Парламенте, дают веские основания для надежды, и Запад должен благосклонно на них реагировать. Есть много способов оказать помощь. Несколько дней назад 50 экспертов из ряда стран Европейского Союза начали работу над гирокой программой улучшения законности в Украине, предоставляя актуальные советы по реформе систему юстиции и правоохранительных органов.

Должно быть, интереснее всего недавнее заявление НАТО о создании пяти трастовых фондов для осуществления реформ в украинской армии. Вместо того, чтобы просто переводить средства существующему военному истеблишменту (известному множеством злоупотреблений), структура трастовых фондов позволит жертвователям лоббировать изменения, сохраняя контроль над задействованными ресурсами.

Возможно, именно такой подход следует применить к более широкой программе помощи. Украинские реформаторы, например, Лещенко и Гопко, заявляют, что международное сообщество должно назначить независимого наблюдателя, который будет отслеживать, как именно украинцы расходуют финансовую помощь Запада — и чем более он будет дотошным и назойливым, утверждают реформаторы, тем лучше. Прямой надзор такого рода может стать замечательной мерой укрепления уверенности в Украине. Нерешительные американские и европейские политики гораздо легче согласятся выделить помощь, если будут знать, что деньги расходуются именно так, как должны расходоваться.

Но Западу самому нужно действовать. И он может сделать это, только если лидеры в Вашингтоне, Брюсселе, Лондоне и Берлине осознают, что самый важный фронт в этой борьбе — не военный конфликт на востоке Украины, но реформы в Киеве. Об этом хорошо сказал гражданский активист Александр Солонтай, выступая на одном из мероприятий, прошедших на этой неделе в Вашингтоне. Президент России Владимир Путин, рассказал он, знает, что его возможности подчинить всю Украину силой ограничены, поэтому лучшая для него возможность добиться своего в этой стране — «помешать проведению реформ». До этого Джеффри Пайетт, посол США в Киеве, заметил, что для Украины «игра по старым правилам — еще более серьезная угроза, чем российские танки».

Если украинцы действительно смогут продемонстрировать прогресс на пути реформ, то они заслуживают нашей всеобъемлющей поддержки — и чем быстрее поступит эта помощь, тем лучше.

Источник